RU UA

В предрассветный час Венера
Тонет в серых облаках.
Воет пёс в своём вольере
И охотится в мечтах.

Тонет лунная дорожка
В темноте бездонных луж.
Одиноко бродит кошка
По ветвям осенних груш.

Обрывает ветер листья
И швыряет на газон,
И мои ночные мысли
Выдувает сквозь балкон.

На балконе в полудрёме
Я стою и кофе пью.
Тело спит и разум в коме.
Баю баюшки баю.

Просыпаться неохота,
Но оделся и иду
На родимую работу
Сном любуясь на ходу.

Мимо пса и мимо кошки,
Мимо ветра и Луны,
Вдоль сияющей дорожки,
Вдаль от грёз и тишины.

Просыпаюсь на работе.
Погружаюсь с головой
В то что с жизнью происходит.
Или снится мне порой.


Чем я не та?
Чем я ему не та?
Разве реальность так обманчива?
Я так ему плоха.
И ощущение:
Блоха.
И кто я миру?
Чем ему плоха!?

Чем я не та?
Забудучи любовь,
Поверив истинно в то чувство.
Чем я ему не та?
Да он не тот.
Ещё б не убивалась по мальчишке.


Обнажённые души взлетают
И парят в небесах высоко
И скитаются в поисках рая –
Цитадели знакомых богов,

Суетятся и ищут усердно
Ту прекрасную чудо-страну,
Что обещана праведным смертным
И подобно сухому вину

Опьяняет и дарит свободу
От страданий, вины и забот.
Но в лазурной дали небосвода
Никогда и никто не найдёт

Ту державу добра и блаженства
И обещанных кем-то богов.
Тех кому поклоняются с детства,
Чтобы каждый был к встрече готов.

Обнажённые души напрасно
Ищут рай за орбитами звёзд.
В их холодном сияньи бесстрастном
Нет ответа на этот вопрос.

- Где же Бога святая обитель?
Если рай не в глубинах небес,
Как же быть, как добраться, как выйти,
Где поставить тяжёлый свой крест,

Тот который носили с рожденья
И пора бы с натруженных плеч
Снять исполнив своё назначенье
И на райское ложе прилечь?

Но в бескрайних просторах вселенной
Ни следа от эдемских садов.
Всё вокруг преходяще и тленно.
Всё вокруг лишь сплетение снов.

Бесполезны пути и скитанья
По красивым астральным мирам.
Но однажды придёт осознанье
(Или каждый придёт к нему сам)

Что священное Божее царство
Мы все носим всё время с собой.
Наше счастье и наше богатство
Вечно в душах сияет звездой.


Вступила ночь в свои права.
Гуляют тени за окном.
Я погрузился в сон едва
И сразу, словно бы, в кино

Смотрю какой-то новый фильм
Красивый, странный и смешной.
Он создан мной, лишь мной одним.
Я автор, зритель и герой.

В нём есть диковинный сюжет,
Моих актёров мастерство,
А декораций лучше нет,
Они творятся волшебством –

Чудесной силой ярких грёз,
Великой магией души.
Отличный мастер - спящий мозг
Рисует их в ночной тиши.

Фильм полон радостных минут
И ярких лиц и добрых слов.
В нём песни ангелы поют
И ненаписанных стихов

Звенят тихонько голоса.
Танцуют звёзды и луна.
И это всё я создал сам
И насладился всем сполна.


Очи, очи дорогие
Дайте правды мне в уста
Напоите, разбудите
Малодушные сердца
Гонит ветер тучи небом
Раздвигает облака
Дарит солнце ласку людям
Наполняет их сердца
Правды хочется, устоя
Справедливости в делах
Чтобы племя молодое
Знало в чьих оно руках.


Мне не впервой бродить в вечерний час
По улице холодной и печальной,
Когда луны сияющий анфас
За облачной фатой укрылся тайно.

Спешат испуганно прохожие домой
Скрываясь в тёплых комнатах от ветра.
Их прогоняет ливень ледяной.
Они бегут к искусственному свету.

А я хожу по улице один.
Гуляю под дождём без всякой цели.
Любуюсь грустной прелестью картин,
Не веря, что всё это в самом деле,

Что может быть такая красота,
Что может быть стихия так прекрасна.
Все разбежались. Улица пуста.
Под крышами попрятались напрасно.

Мерцает мягким светом водопад.
Звенит поток прохладных крупных капель.
А ветер подвывает невпопад
И с ветками устроил танец сабель.

А дикий новорожденный ручей
Уносит листья в сторону канавы.
И он ничей и я уже ничей.
На нас совсем не действуют уставы,

Реальности обыденной земной.
Мы миражи рождённые стихией.
Я растворюсь в потоке ледяном
И потеку как капли дождевые.

Мы вместе испаримся поутру
Под яркими горячими лучами.
Развеемся туманом на ветру
И станем лёгкими седыми облаками.

Но это будет позже, а пока
Я призраком по улице гуляю.
Здесь каждый миг растянут на века
И не похож пейзаж на кадры рая.

Он холоден и мрачен, но красив.
В нём необычно всё и нереально:
И грустный красок тихий перелив
И капель дробь и ветра вой печальный.

Нет чётких линий, множество теней.
Все контуры загадочно неясны.
Приходит ночь. Я растворяюсь в ней.
Спасибо, вечер. Это было классно.


Отëсанный культурой
Ходил по жизни я
То в лоно самодуров
То в стойло рабовья.
Печально было бремя
Пока не сбросил век
Губительной культуры.
Сказав я Человек.


Я думал, что на свете счастья нет
И нет душе потрёпанной покоя.
Казалась смерть желанной как рассвет.
А жизнь казалась тем, о чём не стоит
Мечтать и чем не стоит дорожить,
Лишь горькой чашей скучной грязной лжи,
Которую испить мне суждено.
И я желал скорей увидеть дно,
Допив до капли собственную долю.

Ах, как я изумительно страдал,
Реалистично, красочно, серьёзно.
Ветра судьбы валили наповал
И я катился мячиком бесхозным
По мрачной и ухабистой судьбе,
Не нужный миру, людям и себе,
В какую-то немыслимую пропасть.
И получалась очень грустной повесть.
Но кто произведение писал?

Ни Бог, ни Дьявол, ни могучий Рок,
А мой родной капризный, шумный разум
К минутам добавлял по паре строк
Формулировок мрачных и чумазых
И на дороге жизни каждый шаг
Он представлял как трудный путь сквозь мрак.
На все событья вешал ярлыки
И скучными оттенками тоски
Как кисточкой раскрашивал реальность.

Реальность же совсем не возражала.
Она ждала, пока мне надоест
Расписывать судьбу цветами кала
И на спине тащить тяжёлый крест
Считая, что в нём есть какой-то прок.
А я страдал. Мне было невдомёк,
Что сам себе я создаю страданья.
Но постепенно зрело осознанье,
Что нет снаружи тьмы. Она внутри.

И отстрадав почти что четверть века,
От этого занятия устал.
Мне надоел тот образ человека,
Который я себе нарисовал.
Нашёл для своего воображенья
Приятное, иное примененье:
Раскрашивать события в цвета
Красивые и яркие и так
В сознании и добрыми стихами.