RU UA

Идём по дороге днём дождливым,
Ведёт нас она к далёкой вершине.

Смотрим у даль, а её всё не видно,
Как-то порой стает нам обидно.

Идём не смотря на дорогу обратно,
Её уже нет... Здесь безвозвратно.

Мокрая спина, холодные руки,
Зачем вообще такие жестокие муки?

Тот, кто в группе людей последний идёт,
Он сильнее того, кто всегда обсмеёт.

Он сильнее того, кто не стал подниматься,
И, наверно, того, кто боялся влюбляться.

Мы просто идём среди тумана,
Среди сильного ветра, скорей урагана.

Одним рывком он сносит с ног всех,
Но желание наше сильнее — вот в чем успех.

Пришлось развернуться на этой прямой,
Ведь погода подводит, мне нужен покой...

Побывав в тех красивых краях однажды,
Не дошла я к этой цели дважды...

Но успех зависит от той самой мечты,
Которую воплащаешь, чтобы дальше рости.

Я дойду к своей цели, прости...
На третий раз у меня хватит сил...


Сохрани свет своих серебристых сюжетов,
Соловьиное соло средь строк сохрани;
Совершенство сияющих сверху сонетов,
Силу славы стиха сохрани, сохрани.

Струны скрипки смычок соблазнением сводит,
Совращает стогов сеновальная страсть.
Серп Селены со свитою с сумерек сходит,
Солнце сеет слепящую сочную сласть.

Словно столяр состругивай старую стружку,
Словно скульптор ссекай серость сломанных слов.
Со скалы сбрось скорей соглядатая-служку.
Спеши следом сакральных,священных слогов.

Срежь секатором сучья сливовых сомнений.
Сбрызни свежей струёю соцветья свершений.
-
Сергей Прилуцкий, 04.03.2012, Алатырь


Зима холодными губами
Целует землю,мёрзнут люди.
А вы не бойтесь, я же с вами
И дам отпор любой простуде.

Луна сияет очень ярко,
В морозной свежести ранима.
Безумно тихо в старом парке,
Играет где-то пианино.

На голой ветке две синички
Ведут о чём-то разговоры.
Роняют снег ночные тучки.
Повсюду волшебства узоры.
-
Сергей Прилуцкий, 2012, Алатырь


( Часть 1)
Сквозь миллиарды мерцающих красочных звёзд—
Появился маленький Шарик.
Он кружил вокруг Солнца маршрут день и ночь.
Неприкаянно, с острой болезнью.

Он летал и искал, кто поможет ему,
Кто от тяжкой болезни излечит.
Извергались вулканы на тело ему.
Лава жгла так, что жизнь—ад кромешный.

—Излечите, молю, я всю жизнь, как в аду!
Весь горю, боль терплю, а по миру лечу—
Исцеленья ищу!
Чтоб найти смысл жить и беспечность.
Чтоб здоровым найти своё место,
Где останусь кружиться навечно!

Солнце сглянулось над ним
И планеты в тот же миг—
Исцеленье принесли.
Охладили лаву,
А вулканам дали пить.
Маленький вновь Шарик—
Смысл нашел жить.
Друзей новых преобрел
И место, где кружить.

Круг вокруг Солнца обходит за год
С друзьями планетами вечно.
Незаметно, Шарик, вдруг сменил свое пальто.
Океаны, реки—все водою залило.
Из глубин у Шарика поднялись острова.
С диву Солнце ненадолго со всеми приостыло.
Но, позже, Шарику оно открытие открыло.

—Невероятно, Шарик, чудно!
Невероятно, верить трудно!
Что это ты—узнать тебя!
Ты—планета! Ты—краса!
А имя тебе дам—Земля!


Сковало мухой в янтаре
Октябрь на жёлтой кожуре.
Вокруг, куда ни глянь, одно -
Японец в красном кимоно.

Как гейша осень семенит,
Рыдает в кулачок навзрыд.
Восточный, грозный самурай
Устроил листопадный рай.

И самый толстый сумоист
Убрал с ковра пожухлый лист.
Всё, пораженье, харакири,
Природу саваном укрыли.
-
Сергей Прилуцкий, Алатырь, 2011